17 февраля 2025 года в рамках Недели российского бизнеса прошел Налоговый форум.
Обсудили направления развития налоговой системы в горизонте до 2030 г., в том числе поддержку экономического роста и инвестиционной активности компаний (включая модернизацию федерального инвестиционного налогового вычета), вопросы налогового администрирования, возможность возвращения к принципам долгосрочной стабильности уровня фискальной нагрузки, повышение прозрачности и предсказуемости системы неналоговых платежей, стимулирование инвестиций в НИОКР.
В дискуссии, организованной Комитетом РСПП по налоговой политике, приняли участие Президент РСПП Александр Шохин, председатель Комитета РСПП по налоговой политике Владимир Рашевский, заместитель руководителя Федеральной налоговой службы Тимур Шиналиев, заместитель руководителя Федеральной налоговой службы Юлия Шепелева, первый заместитель Министра экономического развития России Максим Колесников, руководитель Рабочей группы «Неналоговые платежи» Экспертного совета при Правительстве Российской Федерации Сергей Шаталов, руководитель ТЦО-практики компании «Технологии Доверия» Наталия Козлова, генеральный директор ООО «Центр налоговой политики», Руководитель рабочей группы по развитию налогообложения в сфере развития технологий при специальной рабочей группе по координации деятельности институтов развития Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам Кирилл Никитин, заместитель начальника Управления налогообложения юридических лиц ФНС России Андрей Коньков, директор Департамента налогов ПАО «Сбербанк» Людмила Катулевская.
Модератором выступила Член Комитета по налоговой политике РСПП, партнер компании «Технологии Доверия» Галина Науменко.
Открывая форум, Президент РСПП Александр Шохин представил данные опроса компаний-членов РСПП, касающиеся оценки фискальной политики последних десятилетий: «Опрос показывает, что 50% респондентов полагают, что за последние 35 лет качество деловой среды по такому параметру, как уровень фискальной нагрузки, ухудшилось. Примечательно, что общие оценки качества деловой среды как раз в положительной зоне. Однако все топ-5 наиболее значимых изменений в фискальной сфере за последние 10 лет, по мнению бизнеса, имеют негативную коннотацию. Даже введение федерального инвестиционного налогового вычета не вошло в список положительных изменений. Очевидно, это произошло из-за слишком жестких ограничений для его применения и, как следствие, его невостребованности бизнесом. Мы ждем учета предложений бизнеса по смягчению этих требований. И поскольку есть соответствующие поручения Президента к апрелю представить доклад, как это лучше сделать с тем, чтобы в полном объеме использовать те суммы, которые были прописаны даже в бюджете на 2025 год, то я думаю, что здесь возможно и позитивное изменение».
Президент РСПП обозначил ключевые зоны «напряжения» в диалоге бизнеса и власти, выделив проблему нерегулируемого роста неналоговых платежей. По словам главы союза, несмотря на частичную поддержку инициатив предпринимателей со стороны Минэкономразвития и Минпромторга, сохраняются разногласия с финансовым блоком Правительства. Особую тревогу вызывает ситуация с платежами за негативное воздействие на окружающую среду, ставки по которым выросли кратно: «Бизнес крайне озабочен увеличением неналоговых платежей и нерегулируемостью этой сферы. Мы видим, как существующие ставки растут в десятки, сотни, а в ряде случаев и в тысячи раз. Некоторые ошибки в сентябрьском распоряжении Правительства исправлены в конце этого года, но тем не менее основные параметры этого распоряжения Правительства остались прежними. Кстати, вчера на форуме по регуляторной политике мы приводили в качестве примера выход такого жесткого фактически для бизнеса документа через распоряжение Правительства, которое по канонам законотворческого процесса не является нормативным документом, и поэтому его вообще не надо так или иначе подвергать процедурам публичного обсуждения.
Поэтому одна из тем, которую мы вчера предложили прописать в рекомендации, это то, чтобы распоряжение Правительства, имеющее жесткий регулирующий нормативный характер, все-таки проводить через эти процедуры, либо менять статус документа на постановление Правительства, приказ министерств, которые подвержены процедурам оценки регулирующего воздействия или публичного обсуждения. И самое главное — наша давняя тема: создать реестр неналоговых платежей и узаконить его через принятие соответствующего законодательного акта. Эта тема уже является традиционной для наших дискуссий, но до сих пор не решена».
«Системный характер носит то, что мы наблюдаем — надеемся, временный откат от стабилизации уровня фискальной нагрузки. Не менее 40% компаний ожидают роста фискальной нагрузки в пятилетней перспективе. Поэтому мы предлагаем вернуться к публичному обсуждению вопросов, связанных с налогами, неналоговыми платежами — к тематике фискальной политики в целом.
Тем не менее были и позитивные фискальные изменения, в частности речь идет о продвижении в вопросе разграничения движимого и недвижимого имущества. Так что будем считать, что здесь мы шаг вперед сделали».
Кроме того, он обратил внимание на необходимость корректировки подхода к «обелению экономики»: главным критерием должно стать не механическое увеличение налоговых поступлений через повышение ставок, а расширение налоговой базы за счет развития добросовестной конкуренции и устранения схем ухода от налогов. «Речь идет о том, чтобы те, скажем, схемы ухода от налогов, которые добросовестный бизнес рассматривает как элемент недобросовестной конкуренции, прежде всего устранять, и все механизмы налогового администрирования должны быть направлены на развитие добросовестной конкуренции», - резюмировал Александр Шохин.
Председатель Комитета РСПП по налоговой политике Владимир Рашевский, подводя итоги работы Комитета за год, охарактеризовал прошедший период как сложный, но продуктивный с точки зрения диалога с регуляторами. По его словам, взаимодействие с Минфином, ФНС и Госдумой позволило снять ряд системных рисков для бизнеса и найти компромиссы по ключевым направлениям налоговой политики.
«Год был очень сложный и для бизнеса, и для государства в налоговой сфере, но самое главное, что у нас был конструктивный диалог по всем направлениям — с Министерством финансов, Федеральной налоговой службой, с Госдумой. Нам удалось многие вопросы, которые стояли на повестке, и старые, и новые, решить.
Одна из очень важных тем, которая нас беспокоила, — это методологические основы определения движимого и недвижимого имущества для цели уплаты налога на имущество. Эти вопросы возникли, в частности, в электроэнергетике, но мы понимали, что это прецедент для всех остальных отраслей. Мы потратили очень много времени и усилий для того, чтобы в диалоге с нашими уважаемыми партнерами в правительстве найти соответствующее решение.
Еще один важный вопрос — регулирование, аналог российского "Pillar 2" (глобального минимального налога). Он вызывал очень большое внимание со стороны ведущих российских компаний, потому что у всех есть и остается международный бизнес. Нам удалось найти формулу, которая позволила четко зафиксировать, что новые правила не затронут российские группы с российскими головными компаниями.
Также мы продолжали улучшать тему федерального инвестиционного налогового вычета (ФИНВ) — ряд изменений удалось внести по поводу передачи вычета внутри группы. И конечно, важным событием стало заключение соглашения об избежании двойного налогообложения с ОАЭ, которая для международных групп стала важной точкой нахождения их торговых компаний».
Владимир Рашевский также отметил, что, несмотря на прогресс в переговорах с ОАЭ, вопрос об исключении страны из «черного списка» Минфина, определяющего возможность получения бюджетных субсидий и инвестиций пока не решен. Это создает барьеры для получения мер стимулирования инвестпроектов, однако принципиальный диалог по этой теме продолжается, и бизнес рассчитывает на положительный исход.
В завершении доклада Председатель Комитета констатировал, что, несмотря на обещания стабильности налоговой системы до 2030 года, объем налоговых «донастроек» 2025 года оказался сопоставимым с 2024 годом.
«Фундаментальная ценность для нас — это предсказуемость фискальной политики. После перезагрузки налоговой системы в 2024 году, которая принесла бюджету почти 3 триллиона рублей, нам обещали стабильность до 2030 года. Но сейчас мы получаем дополнительную перезагрузку, сопоставимую по масштабу с предыдущей. Мы понимаем сложности бюджета: дефицит вырос до 5,6 триллиона. Но важно посмотреть на первопричины — они не в низкой фискальной нагрузке, 55% бизнеса уже считает ее избыточной».
Заместитель руководителя Федеральной налоговой службы Тимур Шиналиев сообщил, что 2025 год стал периодом качественной трансформации налогового администрирования в сторону партнерских отношений с бизнесом. По его словам, ФНС последовательно выстраивает систему, в которой крупнейшие налогоплательщики выступают не только объектами контроля, но и полноценными участниками процесса обеспечения прозрачности экономики.
В 2025 году приняты изменения в закон о налоговых органах, и с 1 января 2026 года у ФНС появились новые полномочия, связанные с оценкой финансово-хозяйственной деятельности. «Мы издали правительственные директивы, где ряд крупнейших налогоплательщиков — среди них «РЖД», «Аэрофлот», «Автодор», Корпорация МСП — стали в обязательном порядке применять инструменты, позволяющие нам как партнерам обеспечивать уплату налогов по всей цепочке кооперации.
Также 2025 год стал периодом эксперимента в рамках регулирования платформенной экономики. Мы активно взаимодействуем с крупнейшими цифровыми платформами и маркетплейсами. Они помогают распространять логику выявления рисковых зон в отношении продавцов, количество которых за пять лет выросло кратно: с 2020 по 2025 год мы подошли примерно от 70 тысяч участников, которые регистрировались до примерно одного миллиона постоянно действующих продавцов. Абсолютное большинство из них - представители малого бизнеса, категории самозанятых.
Кроме того, меняется концепция администрирования: чаще появляются центры компетенции, которые занимаются экстерриториальной отработкой налогоплательщиков. В 2025 году такие решения приняты в отношении межрегиональных и межрайонных инспекций по крупнейшим налогоплательщикам. Теперь они становятся отраслевыми центрами компетенции и будут проводить мероприятия налогового контроля в отношении более широкого круга лиц».
Комментируя поднятую коллегами тему разграничения движимого и недвижимого имущества, Тимур Шиналиев предложил взглянуть на нее через призму налогового администрирования. По его словам, именно проверки в этой сфере, которые изначально вызывали беспокойство бизнеса, в итоге помогли выработать взаимоприемлемые подходы и закрыть споры без конфликтов.
«При сборе вопросов к сегодняшнему мероприятию звучала тема проведения выездных налоговых проверок в отношении организаций, находящихся на налоговом мониторинге. В предыдущем году их было открыто достаточно много, и основная причина - как раз проверки в плоскости движимого и недвижимого имущества. Здесь хотелось бы озвучить этот аспект не с негативной коннотацией, а наоборот, с положительной. Благодаря этим проверкам были найдены подходы в администрировании. На сегодняшний момент все эти выездные налоговые проверки закрыты практически без споров с представителями крупнейших налогоплательщиков. Те подходы, которые мы выработали в части определения объектов движимого и недвижимого имущества, нашли поддержку отраслей. В рамках этой позиции выпущен ряд уточнений к мотивированным мнениям, и те решения, которые сейчас выносит ФНС, подтверждают тезис, что мы нашли взаимопонимание, стоим на нем и будем продолжать стоять».
Руководитель Рабочей группы «Неналоговые платежи» Экспертного совета при Правительстве Российской Федерации Сергей Шаталов в своем докладе подчеркнул, что отсутствие системного регулирования ведет к неконтролируемому росту фискальной нагрузки на бизнес.
«Ситуация непростая и чем-то напоминает конец 90-х годов — налоговую вольницу, когда регионы и местные власти фантазировали, вводили все новые и новые налоги. Их были сотни. Этой вольнице пришлось положить конец, это сделал Налоговый кодекс, ограничив полномочия различных органов власти вводить налоги и сборы.
С неналоговыми платежами картинка выглядит иначе. Каких-то жестких правил по ним нет.
Платежи размножаются, их становится все больше. В этом году появился новый платеж — за рекламу в интернете. По большому счету это налог, который почему-то объявлен неналоговым платежом. Хотя в начале 2000-х был налог на наружную рекламу, и он присутствовал в Налоговом кодексе».
Сергей Шаталов также отметил, что тема неналоговых платежей обсуждается уже более десяти лет, но неопределенность сохраняется. Отсутствие четкой регламентации и легального определения таких платежей создает серьезные риски для бизнеса, который фактически лишен защиты, предоставляемой Налоговым кодексом налогоплательщикам.
Резюмируя свое выступление, он предложил системное решение проблемы — введение новой правовой категории «обязательные публичные платежи» и принятие рамочного закона, который установит единые правила игры для всех фискальных сборов, не входящих в Налоговый кодекс, - «Эксперты от бизнеса, которые работали с нами, заинтересованы в этом в первую очередь. Мы понимаем их опасения: как бы не стало хуже, не появилось бы уголовное преследование за прошлые периоды или более жесткий режим администрирования. Поэтому адаптация должна быть предельно корректной и аккуратной, с преодолением всех рисков и, очевидно, с достаточно длительным переходным периодом».
Участники форума также обсудили вопросы трансфертного ценообразования и международной налоговой повестки. Несмотря на геополитические изменения, российский бизнес сохраняет активное присутствие на международной арене: появляются новые партнеры, выстраиваются отношения с дружественными юрисдикциями. Уходящий год был насыщен событиями — адаптация российской налоговой системы под правила глобального минимального налога, изменения в регулировании трансфертного ценообразования, а также вступление в силу ряда соглашений об избежании двойного налогообложения. Особое внимание решено уделить соглашению с ОАЭ, которое играет ключевую роль для значительного объема российского бизнеса.
Для обсуждения этих тем к дискуссии присоединилась руководитель ТЦО-практики компании «Технологии Доверия» Наталия Козлова. По ее словам, уходящий год стал знаковым для российского бизнеса в ОАЭ, впервые компании столкнулись с необходимостью подавать декларации по новым правилам, которые во многом копируют привычные принципы ОЭСР, но содержат важные нюансы, способные повлиять на применение льготных режимов.
«Действительно, этот год знаменовался первой декларационной кампанией в Арабских Эмиратах. Многие российские компании имеют там бизнес, стоимость активов, принадлежащих эмиратским компаниям в нашей стране, уже исчисляется триллионами. Поэтому введение законодательства о налоге на прибыль и трансфертном ценообразовании не прошло для бизнеса бесследно.
Правила во многом основаны на привычном нам принципе «вытянутой руки», привычные методы ТЦО, возможность симметричных корректировок, документация по требованию. Но есть важная особенность, - для компаний в свободных зонах критерием применения льготного режима является совершение всех транзакций на рыночных условиях. Даже разовая минимальная сделка на нерыночных условиях, отраженная в декларации, ставит под удар применение льгот.
В этом году мы столкнулись с тем, что сложнее всего подтверждать рыночный характер безвозмездного или низкопроцентного финансирования, которое требуется для покрытия операционных расходов. Ситуацию осложняет и то, что выбор — применять льготный режим или нет — делается на 5 лет. Если вы отказываетесь от льготы из-за одной нерыночной транзакции, придется жить с этим решением пять лет. Подача уточненной декларации — тоже отдельная история, просто так пересдать отчетность, как у нас, нельзя, есть определенные процедуры. Поэтому внимание теперь нужно уделять абсолютно всем сделкам, включая разовые и не самые значительные».
Заместитель руководителя Федеральной налоговой службы Юлия Шепелева поблагодарила РСПП за традиционную площадку для диалога и подчеркнула важность взаимодействия не только с отдельными юрисдикциями, но и в рамках многосторонних объединений. Особое внимание она уделила развитию цифровых инструментов поддержки бизнеса внутри БРИКС.
«Мы всегда ценим именно площадку для диалога РСПП. Традиционно принимаем участие в налоговых дискуссиях и форумах, которые они проводят. Начну не с обмена, а затрону наше взаимодействие внутри БРИКС. Выделять только Арабские Эмираты было бы неправильно — у нас очень тесное взаимодействие со всеми коллегами из БРИКС, не хочется обидеть ни одну налоговую администрацию.
Основное направление, которое интересно для бизнеса, — мы развиваем цифровую платформу BRICS Tax Knowledge Hub. В прошлом году мы провели пилот по обмену запросами между налоговыми администрациями. Если у нашего бизнеса есть вопрос к налоговой администрации страны БРИКС, вы можете адресовать его напрямую в ФНС. Мы пилотировали это на крупнейших налогоплательщиках. Вы можете запросить разъяснение законодательства или какой-то процедуры, если вам интуитивно непонятно, как получить сервис на сайте иностранной налоговой службы.
На форуме налоговых администраций в Бразилии мы договорились с главами налоговых органов, что будем развивать этот канал и оказывать поддержку нашему бизнесу. Те налогоплательщики, кто уже воспользовался сервисом, отметили, что ответы предоставлялись достаточно быстро. Сейчас мы активно дорабатываем платформу, к концу мая будет готов первый прототип».
Юлия Шепелева также отметила, что платформа станет единым пространством, где в одной архитектуре будет собрана информация о новых налоговых режимах, сервисах каждой налоговой администрации стран БРИКС, а также практические руководства - от регистрации бизнеса до подготовки документов по основным налогам. ФНС рассчитывает на вовлечение бизнес-сообщества и РСПП в тестирование платформы, чтобы оценить ее глазами инвестора, который приходит в другую страну и должен понимать, какую информацию необходимо изучить в первую очередь.
Третья сессия дискуссии посвящена перезагрузке мер налогового стимулирования для достижения задач технологического суверенитета России, включая инвестиции в НИОКР. Актуальность этой темы обусловлена тем, что повышение налога на прибыль, которое бизнес продолжает остро ощущать наряду с ростом НДС, делает вопросы стимулирования инвестиционной активности особенно значимыми.
Модератором сессии выступил генеральный директор ООО «Центр налоговой политики», Руководитель рабочей группы по развитию налогообложения в сфере развития технологий при специальной рабочей группе по координации деятельности институтов развития Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам Кирилл Никитин.
Директор Департамента налогов ПАО «Сбербанк» Людмила Катулевская представила взгляд крупнейшего налогоплательщика на практику применения льгот по налогу на прибыль для стимулирования научно-исследовательской деятельности. Сбербанк с 2021 года входит в число 60 компаний, применяющих механизм льготирования НИОКР, и накопил значительный опыт, которым поделился с участниками форума.
«У нас порядка 27 исследовательских подразделений, более 500 патентов, более 300 научных статей. Мы проводим исследования в разных направлениях: от лаборатории нейронаук и поведения человека до беспилотных систем. Исследования -это важная часть нашей работы, и с 2021 года мы последовательно применяем льготу на НИОКР.
Первый вопрос, который возникает при применении льготы — что считать НИОКР? Под эту категорию попадают только исследования, представляющие ценность для науки в целом, новизну для страны. Далеко не каждое подразделение отваживается заявить льготу. Постановление правительства № 988 достаточно широкое, но некоторые современные направления, например, кибербезопасность, новые методы хранения данных, медицинские исследования с использованием ИИ не всегда попадают в его категории. Есть пожелание от бизнеса либо осовременить и расширить перечень, либо пойти от обратного и определить, что не является НИОКР. Насколько это реализуемо?
Статья 262 Налогового кодекса содержит закрытый перечень расходов, но кодекс писался в 2000 году, и многое изменилось. Современные медицинские исследования невозможно представить без искусственного интеллекта. Вычислительные мощности позволяют находить закономерности за часы вместо десятилетий. Но когда мы попытались включить расходы на оплату вычислительных мощностей в состав расходов на НИОКР, оказалось, что они попадают в категорию «прочие» и нормируются — не более 75% от расходов на оплату труда. Чем больше современных технологий вы применяете, тем меньше людей занято в проекте, и тем меньше вы можете вычесть. Перечень статьи 262 нужно пересматривать с учетом реалий.
Есть также вопрос о сроках вычета. Расходы накапливаются до завершения исследования. При отрицательном результате можно принять расходы сразу, при положительном — они формируют стоимость нематериального актива и амортизируются. Чтобы ускорить вычет, хотелось бы вычитывать расходы по мере их осуществления с повышающим коэффициентом 2, не дожидаясь окончания. Механизм резервирования предусмотрен, но технически при его применении повышающий коэффициент использовать нельзя. Эти подходы хотелось бы выровнять».
Первый заместитель Министра экономического развития России Максим Колесников отметил необходимость модернизации механизма льготирования НИОКР и обозначил позицию ведомства по ключевым направлениям предстоящих изменений. По его словам, в условиях технологических ограничений подход к определению новизны исследований должен быть пересмотрен, а процедуры учета расходов упрощены.
«В непростых экономических условиях нам надо научиться достигать технологического суверенитета. У нас должен появляться новый бизнес, основанный на собственных линиях разработки. По критическим и приоритетным отраслям мы должны создавать продукты на наших технологических решениях, чтобы быть максимально независимыми. Понятно, что одними льготами по НИОКР вопрос не решить, но мы в правительстве работаем по всем элементам, которые должны привести нас к успеху. И льгота по НИОКР требует модернизации.
Есть несколько ограничений, которые мы предлагаем расшить. Во-первых, учет расходов. Сейчас компания не может в текущем периоде показывать эти затраты, она должна их аккумулировать до завершения НИОКР. Наше базовое предложение, которое мы прорабатываем с Минфином и ФНС, вопрос обеспечения возможности бизнесу в текущем налоговом периоде с коэффициентом 1 показывать эти расходы. Если НИОКР завершен успешно, то применяется повышающий коэффициент. Это побудит компании раскрывать информацию о себе и снизит издержки.
Во-вторых, вопросы резервирования. Сейчас размер резерва ограничен 3% от выручки, хотя по другим статьям это 7–10%. Мы обсуждаем возможность увеличения. Кроме того, при использовании резервирования компания не может претендовать на повышающий коэффициент — это тоже надо поправлять. Сама процедура резервирования сложна, особенно для небольших компаний. Мы обсуждаем возможность введения аудиторского заключения или иной верификации отчета, чтобы сократить сроки экспертизы.
Самый сложный вопрос — что считать НИОКР и какую ценность мы видим. Нам надо найти золотую середину. То, как сейчас трактуется судами, нас как ведомство не устраивает, потому что у нас другие приоритеты и цели. Многие технологии стали недоступны, и если компании заново их придумывают для нашей страны и отраслей, безусловно, это должно считаться НИОКР. То, что это не новизна в масштабах науки и где-то уже придумано, не важно: если у нас нет доступа, значит для нас это новизна. Надо стимулировать компании идти в эту непростую историю, государство должно брать на себя часть риска».
Максим Колесников также отметил, что важно не свалиться в другую крайность, когда все расходы всех компаний начнут считаться НИОКР. Необходимо либо модернизировать постановление № 988, либо задать иные правила, например, через закон о технологической политике, используя понятие «технологические инновации» с привязкой к конкретному предприятию. Однако в приоритете — модернизация действующего подхода по НИОКР, чтобы не плодить новые сущности. Работа активно ведется, и решение будет найдено в ближайшее время.
Заместитель начальника Управления налогообложения юридических лиц ФНС России Андрей Коньков подвел итог дискуссии, обозначив позицию налоговой службы и назвав главный ориентир при реформировании льготного механизма.
«Сегодня прозвучало, что около 60 организаций ежегодно заявляют расходы на НИОКР с повышающим коэффициентом. Могу добавить, что всего расходы на научные исследования и опытно-конструкторские разработки в своей налоговой отчетности показывают 1 тысяча организаций. Хотя очевидно, что на НИОКР тратят деньги гораздо больше компаний. Но раскрывает их как отдельную статью расходов всего тысяча. Риски связаны с тем, что расходы на НИОКР согласно 262 статье учитываются в особом порядке. Гораздо выгоднее признавать расходы в периоде, в котором они понесены, чем накапливать и потом списывать через амортизацию.
И еще один важный момент, который сегодня не прозвучал, но красноречиво свидетельствует о необходимости перестройки регулирования, по этой льготе в последние годы практически нет судебных споров. Последнее громкое дело — 2022 год, когда Верховный суд отказал в передаче в президиум дела по спору с «Лабораторией Касперского». Там суды раскрыли свое отношение к термину «научная новизна». После этого серьезных споров не было. Налогоплательщики, по сути, бросили это дело и смирились. Учитывая, сколько всего изменилось в стране и мире, как мы движемся в сторону цифровизации, невозможной без инвестиций в науку, из совокупности этих признаков следует вывод, что налоговое регулирование расходов на НИОКР нуждается в реформировании.
Сейчас скажу вещь, в которой меня все поддерживают. Для нас, для налоговых органов, лучшая льгота — это льгота, которую не нужно проверять. Или льгота, которая проверяется автоматически, машиной. Для нас это возможность освободить время инспекторов. Для налогоплательщиков - защита от риска оспаривания льготы, неясных перспектив обжалования и потенциальных доначислений. Поэтому, когда мы говорим о реформировании, для нас очень важно, чтобы на выходе мы получили именно такую льготу».
Директор Центра налоговой политики Александр Груздев обратил внимание на ключевые причины низкой востребованности налоговых льгот на НИОКР в России по сравнению с другими странами.
«Многие крупнейшие страны мира позволяют списывать расходы на исследования сразу, не дожидаясь окончания НИОКР. США, Китай, Германия и многие другие. В России льготой с повышающим коэффициентом пользуются 50–60 компаний, а в других странах — тысячи и десятки тысяч, а в Китае более 100 тысяч компаний. Основная причина заключается в определении термина и условий предоставления льготы.
Ни в одной стране мира нами не выявлено единственного критерия новизны для науки. В России термин «новая» используется в законе о науке, и усовершенствование, по сути, приравнивается к новому, а новое — к новому для науки. В других странах критерий новизны для науки, как правило, не является обязательным и имеет альтернативы. Например, в Сингапуре достаточно новизны для страны либо наличия технического риска.
В России требования жестче, и в условиях санкций и международных ограничений они едва ли выполнимы. Недостаточно четкое определение НИОКР в Налоговом кодексе и положениях закона о науке создает правовую неопределенность и риски оспаривания применения повышающего коэффициента в судах. Ведущие страны, такие как Китай и США, не ограничиваются кратким определением — они издают подзаконные акты и методические указания, детально разъясняющие применение термина применительно к отдельным видам деятельности».
Комментарии (0)